Роль СМИ в освещении геополитических конфликтов(на примере Ливана)

Рефераты по журналистике » Роль СМИ в освещении геополитических конфликтов(на примере Ливана) Скачать

ОГЛАВЛЕНИЕ

Введение

Глава 1. Использование СМИ в региональных геополитических конфликтах (исторический аспект)

1.1. Региональные конфликты в западных СМИ. Становление и развитие методов пропаганды

1.2. Развитие методов пропаганды во второй половине ХХ столетия. Роль CBS в освещении конфликтов

Глава 2. Роль средств массовой информации в освещении второй ливанской войны

2.1. Использование печати в ходе ведения вооруженного конфликта

2.2. Телевидение радиовещание интернет и иные каналы воздействия на сознание общества во время второй ливанской войны

Заключение

Библиографический список используемой литературы


ВВЕДЕНИЕ

Актуальность выбранной темы. Средства массовой информацией играют важную роль в жизни общества. Изначально созданные для информирования общественности о ключевых событиях в жизни страны и властных структур они постепенно стали выполнять еще одну не менее важную функцию - воздействие на сознание своей аудитории с целью формирования определенного отношения к сообщаемым фактам явлениям действительности. Это воздействие осуществлялось при помощи методов пропаганды и агитации разрабатываемых на протяжении не одной тысячи лет.

В скором времени СМИ заняли важное место в жизни государств а с развитием техники и технологии стали активно использоваться и на международном уровне с целью приобретения каких-либо преимуществ контролируемым им государством. В наши дни особое внимание следует уделить роли СМИ в международных конфликтах в том числе и геополитического характера поскольку в последние годы наряду с классическими видами оружия все чаще применяется информационно-пропагандистское в основе которого – работа с различными средствами массовой информации.

Цель и задачи исследования. Целью данной работы является изучение роли средств массовой информации в освещении геополитических конфликтов. В качестве примера взята ситуация сложившаяся во время второй ливанской войны.

Реализация данной цели предполагает постановку и решение следующих задач:

- определить значение средств массовой информации в региональном политическом процессе;

- проследить развитие методов и технологий освещения политики государств в СМИ на протяжении всего ХХ столетия;

- дать объяснение наиболее практической функции любого СМИ – осуществлению пропаганды и агитации;

- проанализировать геополитический конфликт 2006г. получивший название «Вторая ливанская война» и сопровождавшую его кампанию в различных типах средств массовой информации;

- сделать выводы о важности внимания к средствам массовой информации не только локального но и глобального уровня в ходе проведения современных военных операций.

Объектом исследования является процесс взаимодействия власти и средств массовой информации в период их участия в геополитических конфликтах.

Предметом исследования следует считать роль средств массовой информации в геополитических конфликтах современности.

Хронологические рамки исследования охватывают период с начала первой мировой войны до 2007г. что объективно обусловлено возникновением нового этапа в развитии средств массовой информации методов их влияния на сознание аудитории а также повышением роли СМИ в политических и геополитических конфликтах.

Объем и структура работы. Работа состоит из двух глав введения заключения и библиографического списка используемой литературы. Общий объем работы составляет 50 страниц.


ГЛАВА 1. ИСПОЛЬЗОВАНИЕ СМИ В РЕГИОНАЛЬНЫХ ПОЛИТИЧЕСКИХ КОНФЛИКТАХ (ИСТОРИЧЕСКИЙ АСПЕКТ).

1.1. Региональные конфликты в западных СМИ. Становление и развитие методов пропаганды.

В целом региональный конфликт представляет собой не что иное как результат конкурентного взаимодействия двух и более государств оспаривающих друг у друга распределение властных полномочий территории или ресурсов. Это взаимодействие может проводиться разными путями: дипломатических переговоров включением третьей стороны вооруженным вмешательством и т.д. ХХ век был самым разрушительным кровопролитным в истории человечества. Первая и вторая мировые войны унесли миллионы жизней. Не менее сложным стал период «холодной войны».

Современный социолог и исследователь М. Кастельс в своей знаменитой книге «Информационная эпоха: экономика общество и культура» не оставил без внимания и вопросы вооруженных конфликтов. Особый интерес представляет часть под названием «Мгновенная война». М Кастельс сразу же предупреждает читателя о том что его понимание войны и социального контекста боевых действий навеяно книгой являющейся самым древним военным трактатом по стратегии: «Об искусстве войны» (505-496 гг. до н.э.) китайца Сунь Цзы. Вот отрывок из текста книги:

«Искусство войны жизненно важно для государства. Это вопрос жизни и смерти дорога либо к безопасности либо к краху. Поэтому оно является предметом исследования которым ни в коем случае нельзя пренебрегать. Затем искусство войны управляется пятью постоянными факторами каковые следует принимать во внимание в своих размышлениях всякому кто стремится определить условия которые он получит на поле. Это факторы следующие: 1) Моральный Закон; 2) Небо; 3) Земля; 4) Военачальник; 5) Метод и дисциплина. Моральный закон служит причиной полного согласия людей со своим правителем так что они будут следовать за ним не заботясь о своих жизнях. Небо обозначает ночь и день холод и тепло сроки и времена года. Земля заключает в себе расстояния большие и малые опасность и безопасность открытое пространство и узкие проходы шансы выжить и умереть. Военачальник символизирует добродетели мудрости искренности щедрости отваги и строгости. Под Методом и Дисциплиной должны подразумеваться выстраивание армии в соответствии с присущими ей подразделениями традиция рангов у офицеров поддержание дорог по которым запасы могут попасть в армию и контроль за военными расходами»[1] .

Далее Кастельс пишет о результатах исследований в демократических странах сформулированных в виде трех правил ведения войны:

1. Она не должна затрагивать простых граждан т.е. должна вестись профессиональной армией к принудительному набору нужно прибегать только в случае действительно чрезвычайных обстоятельств а онипредполагаются маловероятными.

2. Она должна быть короткой даже мгновенной чтобы результаты не заставляли себя ждать истощая человеческие и экономические ресурсы и поднимая вопрос об оправданности военной акции.

3. Она должна быть чистой хирургической с разумной величиной разрушений (даже у противника) и скрытой от взгляда общества настолько насколько это возможно что приводит к тесной связи обработки информации создания образов и ведения войны.

Впечатляющие прорывы в области военной технологии происшедшие в течение последних двух десятилетий дают средства воплотить в жизнь эту социовоенную стратегию. Хорошо обученные хорошо экипированные посвящающие все свое время службе профессиональные вооруженные силы не требуют массового вовлечения населения в военные дела. Оно лишь должно наблюдать и приветствовать из своих гостиных отмеченное глубокими патриотическими чувствами шоу.

Профессиональное управление подачей новостей в СМИ может привести в дома людей в прямом эфире войну с ограниченным восприятием убийства и страдания. Но важнее всего то что технология связи и электронного оружия позволяет наносить противнику опустошительные удары за чрезвычайно короткое время. Так боевые действия в Персидском заливе были генеральной репетицией нового типа войны а ее 100-часовая развязка когда союзники расправились с большой и хорошо вооруженной иракской армией стала демонстрацией решительности новых военных держав когда ставкой является важный вопрос (в данном случае — снабжение Запада нефтью).

Державам находящимся на одном технологическом уровне развития было бы гораздо труднее получить друг от друга сатисфакцию. Однако при условии взаимного неприменения ядерного оружия основными военными державами их потенциальные войны и войны между их странами-сателлитами скорее всего будут зависеть от быстрых обменов ударами определяющих истинное состояние технологического дисбаланса между воюющими сторонами. Массированное уничтожение или быстрая демонстрация возможности осуществить его за минимальное время по-видимому являются общепринятой стратегией ведения войн современного типа в информационную эпоху.

Однако этой стратегии могут придерживаться только державы доминирующие в технологии и она резко контрастирует с многочисленными бесконечными внутренними и международными вооруженными конфликтами заполнившими мир после 1945 г. Эта временная разница в ведении войн есть одно из самых ярких проявлений разницы в темпоральностях характеризующих нашу сегментированную глобальную систему.

В доминирующих обществах — считает Кастельс — новая эпоха военного искусства оказывает значительное влияние на время и на понятие времени. Чрезвычайно насыщенные моменты принятия военных решений будут возникать как мгновения определяющие форму долгих периодов мира или сдержанного напряжения. К примеру согласно количественному историческому исследованию вооруженных конфликтов проведенному для канадского Министерства обороны продолжительность конфликтов в первой половине 1980-х годов сократилась в среднем более чем наполовину по сравнению с 1970-ми годами и более чем на две трети — с 1960-ми годами. Сократились и масштабы смертности в результате войн особенно если их сравнивать с численностью мирного населения.

Однако — замечает Кастельс — необходимо «помнить себе что мгновенные хирургические закрытые технологические войны являются привилегией технологически господствующих наций. Повсюду в мире тянутся год за годом полузабытые жестокие войны ведущиеся часто примитивными средствами хотя глобальное распространение высокотехнологичного оружия захватывает и этот рынок…

Именно асимметрия стран в их отношении к власти богатству и технологии определяет различие в темпоральности особенно в сроках боевых действий. Кроме того одно и то же государство может переходить от вялотекущих войн к мгновенным войнам в зависимости от своих взаимоотношений с мировой системой и интересами доминирующих держав. Иран и Ирак семь лет вели жестокую войну подпитываемую западными странами поддерживающими обоих участников сражений (США и Франция — помогая Ираку; Израиль — Ирану; Испания — продавая химическое оружие и тем и другим) с тем чтобы взаимное уничтожение подорвало бы способность каждого из них подвергать опасности поставку нефти.

Когда Ирак с хорошо экипированной закаленной в бою армией решил упрочить свое лидерство в регионе (на деле рассчитывал на снисходительность западных держав) он столкнулся с технологией мгновенной войны при демонстрации силы задуманной как предупреждение мировому беспорядку будущего. В другом случае затяжная бесчеловечная война в Боснии… Страны НАТО разрешили свои противоречия и переключили технологический режим на несколько избирательных разрушительных ударов которые нанесли урон боеспособности боснийских сербов. Когда конфликт попадает в высокоприоритетные планы мировых держав его темп становится другим.

Конечно — заключает Кастельс — даже для доминирующих обществ конец войны не означает конец насилия и насильственной конфронтации с политическими аппаратами различного рода. Трансформация войны вводит новые формы насильственного конфликта главной из которых является терроризм. Потенциальный терроризм когда фокусом действия являются средства массовой информации вероятно станет формой боевых действий в развитых обществах.

Мгновенные войны и их темпоральности порожденные технологией - атрибут информационных обществ они характеризуют формы господства в новой системе вплоть до исключения стран и событий которые не являются центральными для возникающей доминантной логики[2] .

Мировые войны являются кульминационным моментом борьбы между ведущими державами за новые рынки сбыта и сферы выгодного приложения капитала. Так и главным вопросом первой мировой войны был о том кому удастся выжить в этой борьбе и какие выгоды можно будет извлечь из неизбежно следующей за войной перекройкой границ. «Эта война вполне разоблачила себя как империалистическая реакционная грабительская война и со стороны Германии и со стороны капиталистов Англии Франции Италии Америки которые теперь начинают ссориться из-за дележа награбленной добычи из-за дележа Турции России африканских и полинезийских колоний Балкан и т.п. Лицемерные фразы Вильсона и «вильсонистов» о «демократии» и «союзе народов» разоблачаются удивительно быстро когда мы видим захват левого берега Рейна французской буржуазией захват Турции (Сирия Месопотамия) и части России (Сибирь Архангельск Баку Красноводск Ашхабад и т.д.) французскими английскими и американскими капиталистами — когда мы видим все усиливающуюся вражду из-за дележа награбленной добычи между Италией и Францией между Францией и Англией между Англией и Америкой между Америкой и Японией» - писал В.И.Ленин в своем «Письме к рабочим Европы и Америки»[3] .

Конфликты между крупными державами не помешали их объединению против пролетарского государства чтобы воспрепятствовать распространению идей коммунизма — отмечает историк Э.Иванян. Для усиления воздействия подключаются второстепенные страны которым даются конкретные указания воздействия на врага. Например Швейцарии говорили не дадим хлеба если не начнете борьбу против большевизма Голландии — не смейте допускать к себе советских послов. В крови были потоплены Баварская Советская республика и Венгерская Советская республика[4] .

Известный политолог Д.А.Волкогонов пишет в своей книге: «По существу первая мировая война 1914-1918 гг. была тем военным столкновением где впервые были широко использованы печатные средства воздействия на противника. Именно в этой войне были использованы средства и методы психологической войны которую стали вести друг против друга империалистические коалиции. Одновременно англо-франко-русская и австро-германо-итальянская коалиции в целях усиления шовинизма ура-патриотизма в своих странах широко прибегали к социальной национальной религиозной демагогии. Каждая из коалиций изображала свое участие в войне как вынужденное носящее сугубо оборонительный характер…

По мере затягивания войны руководство коалиций приходило к выводу о необходимости усиления духовного воздействия на противника. При штабах воюющих армий создавались соответствующие отделы и подразделения призванные организовать «войну слов» — агитацию противника. Особенно активно вела психологическую войну с помощью печатной продукции Англия. Были выпущены миллионы листовок которые разбрасывались авиацией и с помощью воздушных шаров над позициями противника. Кроме того английское правительство создало специальные органы снабжающие печатные издания других стран британскими версиями о ходе войны. Было налажено издание журнала «Война в иллюстрациях» информационных бюллетеней выпускались военные фильмы о положении на фронтах.

По распоряжению французского командования распространялись листовки среди населения и войск противника. За время действия службы пропаганды французской армии в первой мировой войне на германские города и позиции войск было сброшено около 30 млн. экземпляров листовок газет и брошюр. В конце войны Антанта сделал первые шаги по координации своих пропагандистских усилий: возник специальный штаб по разложению вражеских войск. Россия в этой пропагандистской войне участвовала с меньшим размахом так как была слабо технически подготовлена. Тем не менее психологическая война которую вели страны Антанты сыграла определенную роль в поражении кайзеровской Германии и ее союзников.

В свою очередь Германия также пыталась вести пропагандистскую войну против франко-русской коалиции широко используя методы запугивания обмана дезинформации. Так в листовках которые разбрасывались с германских цеппелинов на Восточном фронте в 1915 году утверждалось что англо-французские войска на западе разгромлены и такая же участь уготована русским войскам поэтому чтобы избежать «ненужного кровопролития» русским солдатам предлагалось организованно сдаваться в плен[5] .

Первая мировая война была первой войной в ходе которой широко использовались подрывные средства для деморализации войск и населения противника. Впервые были использованы специальные подразделения пропаганды стали создаваться техника распространения печатной агитации формировались органы «войны слов»[6] .

С. Беглов автор книги «Внешнеполитическая пропаганда: Очерк теории и практики» пишет: «В странах Антанты механизм пропаганды прошел целый ряд перестроек. В Англии дело началось с создания бюро военной пропаганды при МИДе привело к созданию Министерства информации во главе с газетным магнатом лордом Бивербруком и Департамента пропаганды на противника во главе с другим лордом печати Нортклифом. Во Франции это был «Дом прессы» и неофициальная организация «Альянс Франсе». У американцев создана «Психологическая подсекция» при штабе армии в Европе. Однако наиболее известна деятельность Комитета общественной информации (КОИ) созданной в США во главе с личным другом президента Вильсона Дж. Крилем. К моменту назначения Криль уже имел большой опыт пропагандиста-газетчика. Большое внимание уделено специализации по видам пропаганды. Секция новостей иноязычных газет гражданского просвещения кинофильмов военных выставок ярмарочных экспозиций отношений с промышленниками «союза труда и демократии» лекторов рекламы и карикатур.

Дело было поставлено по-американски — на конвейерную основу. Интеллигенция писатели художники журналисты изготавливали массовую продукцию пропаганды расходившуюся во все концы США и мира. Криль писал: «Три тысячи историков находятся в нашем распоряжении готовые по первому зову написать нужные брошюры; секция рекламы пользуется услугами каждого крупного эксперта в этой области США; в рядах спикеров числится около 50 тысяч человек»[7] .

Лайнбарджер П. В своей книге «Психологическая война» делает упор на два главных ожидаемых эффекта от операции «психологической войны»: первый — конверсия отсюда «конверсионная пропаганда полный переворот в ценностной ориентации человека или групп; второй — эффект раскола рядов противника. Отсюда «разделительная пропаганда».

Функция — деморализующая эффект — дестабилизирующий. Примеры: «Траур» т.е. угроза смерти (над японскими позициями сбрасывались стихи о смерти); «голод» — сбрасывались красочные открытки изображающие различные кушанья и деликатесы; «проигранное дело» — внушение противнику. Что его дело безуспешно; «неизбежное падение» — внушение мысли о бессмысленности его сопротивления; «прелести плена» — доведение свидетельств бывших соратников сдавшихся в плен которые рады тому что для них война кончилась и т.д[8]

Страницы: 1 2 3 4 5