Усадьба Архангельское

Рефераты по архитектуре » Усадьба Архангельское Скачать

ВВЕДЕНИЕ

Среди замечательных архитектурных ансамблей по­строенных под Москвой в конце XVIII — начале XIX ве­ка одно из первых мест по праву занимает Архангель­ское.

Здесь по словам А.- И. Герцена «человек встретился с природой под другими условиями нежели обыкновен­но. Он потребовал от нее одной перемены декораций для того чтобы отпечатать дух свой придать естественной красоте красоту художественную очеловечить ее...».

И человек а это очень часто был крепостной русский мастер сумел блестяще воплотить в жизнь проекты зод­чих и стал истинным творцом «красоты художествен­ной» создав один из наиболее гармоничных дворцово-парковых ансамблей России.

В Архангельском в процессе строительства и укра­шения усадьбы — работы которая продолжалась почти 50 лет — выросла целая плеяда крепостных художников архитекторов лепщиков краснодеревцев хрустальщи­ков — настоящая художественная школа. Основную роль в ней играло «живописное заведение» откуда вышло не­сколько десятков крепостных живописцев.

Уже в начале XIX века когда владельцем усадьбы стал богатейший вельможа и меценат князь Н. Б. Юсу­пов Архангельское превратилось в хранилище огромных художественных ценностей. Одна картинная галерея насчитывала более 500 картин в том числе полотна таких выдающихся мастеров как Рембрандт А. Ван-Дейк Клод Лоррен Дж. Б. Тьеполо Ф. Буше Ж. Б. Грёз Ж. Л. Да­вид и многих других живописцев XVI—XIX столетий. Дворец был украшен первоклассной скульптурой ред­костной мебелью старинными коврами фарфором и бронзой.

Все это — великолепный дворец редкий по красоте парк театр с декорациями знаменитого П. Г. Гонзага — поражало воображение современников. Стены старого дома помнят Н. М. Карамзина А. С. Пушкина П. А Вя­земского А. И. Герцена и Н. П. Огарева.

Однако очень немногие могли видеть в то время ху­дожественные сокровища усадьбы и замечательный ан­самбль где слились воедино архитектура и природа.

И только октябрь 1917 года открыл для народа двери всех дворцов старой России в том числе и Архангель­ского. «Великая пролетарская революция — говорилось в решении Наркомпроса по поводу открытия подмосковных музеев — освободила произведения искусства из царских дворцов помещичьих усадеб барских особняков. Проле­тарская революция дала нам возможность открыть двор­цы и музеи на всенародное обозрение.

В исторический день 1 мая 1919 года отдел по делам искусства и охране памятников... открывает дворцы-му­зеи в усадьбах Останкино Кусково Архангельское... и охрану их вручает самому народу».

С той поры миллионы людей смогли познакомиться с этим замечательным памятником русской культуры оценить его и отдать должное труду и таланту его созда­телей.

ИСТОРИЯ УСАДЬБЫ

Я до сих пор люблю Архангель­ское.

Посмотрите как мил этот маленький

 клочок земли от Моск­вы-реки до дороги...

А. И. Герцен

Традиции русской национальной культуры на редкость многообразно представленные в Подмос­ковье отразились и в замысловатых узорах налич­ников крестьянских домов и в облике архитектур­ных ансамблей дворянских усадеб построенных в XVIII—начале XIX века. К числу таких усадеб принадлежит и Архангельское. Но прежде чем стать выдающимся памятником русского класси­цизма Архангельское прошло путь длиной почти в три столетия.

Еще в 1537 году в «разъезжей грамоте» зве­нигородских писцов определявшей границы по­местных земель упоминается вскользь сельцо Уполозы. Так по имени мелкого дворянина А. И. Уполоцкого за которым сельцо было в вот­чине называлось тогда Архангельское. Население села в XV—XVI веках как правило состояло из самого вотчинника его слуг и холопов. К селу «тя­нули» разбросанные на полянах и вырубках дере­веньки по два-три двора в которых жили кре­стьяне.

Боярский двор стоял чаще всего вблизи церкви которая служила центром усадьбы. Вокруг хором располагались амбары погреба поодаль конюшен­ный и скотный дворы.

Примерно так выглядело в конце XVI века и сельцо Уполозы стоявшее на высоком берегу Мо­сквы-реки: «...церковь... без пения да два двора вотчинниковы». Других сведений о селе вплоть до 1623 года неизвестно.

Начало XVII века было одним из самых труд­ных периодов в истории Русского государства. Разорение от «великого голода» многолетняя поль­ско-шведская интервенция нанесли громадный урон стране и в особенности Подмосковью. Опу­стевшие деревни и села часто за бесценок продава­лись владельцами. Сменили хозяев и Уполозы купленные у вдовы вотчинника братьями Киреев­скими. Однако Киреевские недолго владели этой усадьбой: уже в 1646 году в писцовой книге Мос­ковского уезда числится «за боярином Федором Ивановичем Шереметевым село Уполозье Архан­гельское тож на реке Москва а в селе церковь де­ревянная... да 6 дворов...». Вскоре от Шереметева село перешло по родству к Одоевским а в 1681 го­ду — к Черкасским.

В 60-х годах XVII века вместо ветхой деревян­ной церкви была выстроена «в том селе церковь каменная» — единственная постройка старой усадь­бы сохранившаяся до наших дней. Церковь Ми­хаила Архангела дала другое название селу Упо­лозы—Архангельское. Строителем этой церкви возможно был каменных дел мастер Павел Потехин.

Церковь в Архангельском принадлежит к тра­диционному типу небольших вотчинных храмов второй половины XVII века. Стремление к декора­тивности многообразию объемов живописности общего силуэта характерные для древнерусской архитектуры находят здесь свое выражение в том что два небольших придела ставятся по диагонали по отношению к центральному четверику. Прием очень редкий и выразительный. Внутри здания обращает на себя внимание смелая конструкция сводчатых перекрытий опирающихся не на четыре как было принято а только на два столпа. Вход в церковь был с северной а не с западной стороны как обычно. Он был ориентирован на дорогу иду­щую от боярских хором и селения. Интерьер церк­ви был прост: побеленные стены выложенные из белых и черных керамических плиток полы пода­ренная местными вотчинниками церковная утварь.

Течение времени новые вкусы и практические потребности менявшиеся на протяжении 300 лет существования церкви внесли целый ряд измене­ний в ее внешний облик и планировку. Наиболее значительной перестройке церковь подверглась в 1848 году. В XIX веке старая тесовая кровля была заменена железной а живописные кокошники за­крыты скучной четырехскатной крышей. Рядом с церковью была выстроена сначала деревянная а в 20-х годах XIX века—высокая каменная коло­кольня с часами не сохранившаяся до наших дней.

К середине XIX века население села и окрест­ных деревень значительно выросло поэтому для расширения церкви разобрали древний южный придел и пристроили новый больших размеров. С северо-запада также была сделана пристройка а вход был пробит в западной стене. Именно такой до недавнего времени и была церковь почти утра­тившая облик XVII века. В конце 1960-х годов была проведена реставрация церкви и одновремен­но восстановлена построенная в 20-х годах XIX ве­ка глинобитная ограда с башнями.

На редкость удачно было выбрано место для постройки. Высокий крутой берег реки как бы под­нимает небольшое здание живописный силуэт ко­торого с рядами уходящих вверх к куполам деко­ративных кокошников хорошо смотрится на фоне неба и сосен. Когда вы подходите ближе и оста­навливаетесь рядом с церковью перед вами от­крываются удивительные по красоте дали за Мо­сквой-рекой.

В 1703 году Архангельское переходит в руки князя Дмитрия Михайловича Голицына (1665— 1737) известного государственного деятеля начала XVIII века. В 1697 году Петр I отправил его за гра­ницу «для науки воинских дел». Д. М. Голицын был большим любителем книг и владельцем из­вестной библиотеки. Его политическая карьера была прервана в 1730 году после неудачной попыт­ки членов Верховного тайного совета в котором князь имел большое влияние ограничить в пользу узкой верхушки русской аристократии власть им­ператрицы Анны. Удалившись от дел Голицын переезжает в Москву и занимается устройством своих подмосковных вотчин.

В Архангельском старый боярский двор с руб­леными хоромами допетровского времени из трех небольших светлиц с дубовыми лавками и стола­ми сработанными местным плотником не мог уже удовлетворить князя. Не нравились ему веро­ятно и старые службы стоявшие рядом с домом поварня амбары разбросанные в беспорядке во­круг усадьбы скотный двор конюшня ткацкие избы. Единственное к чему он отнесся по-види­мому с большим интересом были устроенные еще в XVII веке оранжереи которые совсем не соот­ветствовали старинному быту этой скромной усадьбы.                   

Вдали от церкви и старой усадьбы Д. М. Голи­цын начинает строительство нового дома. И хотя дом был выстроен по-старинному из «брусчатого леса» он выглядел совершенно иначе чем прежде. Дом имел тринадцать покоев и зал с камином на заморский манер. Для отделки его были заго­товлены резные дубовые панели и шпалеры писанные по холсту. Сюда же в Архангель­ское князь перевез свою замечательную биб­лиотеку — одно из крупнейших книжных собраний в России начала XVIII века. Дом и разбитый про­тив него регулярный парк «с першпективными дорогами» обсаженными кленом и липой «парти-рами» и другими затеями—все это входило в па­радный загородный ансамбль который был пред­назначен для приемов праздников и ассамблей. Однако работы в усадьбе не были доведены до конца. В декабре 173.6 года Голицын был арестован отдан под суд и заключен в крепость. Старому кня­зю уже не суждено было вернуться в Архангель­ское так как царским указом его было велено «со­держать под крепким караулом а движимое и недвижимое имущество отписать на нас...». Вместе с другим имуществом была конфискована и став­шая теперь легендарной библиотека.

Дом опустел и Архангельское где в середине XVIII века числилось «66 душ мужского пола» по­грузилось в обычные хозяйственные будни неболь­шого подмосковного села.

Прошло около 50 лет прежде чем в Архангель­ском вновь застучали топоры. К усадьбе потяну­лись обозы с кирпичом и белым камнем. Началось строительство большого дворцово-паркового ан­самбля затеянное внуком «верховника»—князем Н. А. Голицыным (1751—1809).

Это был период расцвета усадебного строитель­ства в Подмосковье. Хотя в XVIII веке Москва не являлась официальной столицей она сохраняла свое экономическое культурное и административ­ное значение центра России. Здесь доживали свой век бывшие «екатерининские орлы»—богатые от­ставные вельможи имевшие как правило поме­стья под Москвой.

К этому времени вокруг Петербурга был по­строен ряд загородных царских резиденций— Стрельна Петергоф Царское Село а затем Пав­ловск и Гатчина. Московские вельможи старались не отстать от северной столицы и создавали в ок­рестностях Москвы роскошные усадьбы с велико­лепными дворцами и парками.

По примеру других в 1780 году Н. А. Голицын заказывает в Париже проект дворца для Архан­гельского. В коллекции рукописей музея сохрани­лась толстая в белом пергаментном переплете книга парижских расходов Н. А. Голицына. На од­ной из страниц помеченной 3 сентября 1780 года среди прочих есть короткая запись на французском языке: «Архитектору Герну за план Архангель­ского—1200 рублей». Французский архитектор де Герн (1748—после 1789) вероятно никогда не бы­вал в России его проект в процессе строительства подвергся некоторым изменениям.

В числе первых в усадьбе сооружались флигеля с оранжереями над Москвой-рекой. На рисунке 1786 года сделанном видимо рукой крепостного художника (известно что у Н. А. Голицына он был) изображен один из этих флигелей вместе с прилегающим к нему участком регулярного пар­ка. Это часть большого партера со стриженны­ми в виде шпалер деревьями. Фоном для них служит зеленая стена также созданная из стриже­ных лип.

Неизвестный архитектор предпочел не замы­кать оранжереями перспективу парка как в Кус­кове а поставил их по сторонам большого партера создав своеобразную раму сквозь которую пейзаж за Москвой-рекой стал восприниматься как естест­венное продолжение парка. Бесконечные дали от­крываются с большого холма склоны которого были использованы для устройства террас с балю­страдами и белокаменными подпорными стенами. Подобные террасы характерные для парков Ита­лии и весьма редкие в подмосковных усадьбах сооружались по проекту работавшего в России итальянского архитектора Д. Тромбаро (1742—1838).

Партер и террасы были украшены разнооб­разной скульптурой: 14 львов 4 собаки 28 бю­стов 2 гладиатора и 8 «разных штук» упоми­наются в описи 1810 года.

Для снабжения парка водой Н. А. Голицын заказал в 1783 году в Стокгольме проект гидрав­лической машины «капитану механики» Норбергу. «Представился изрядный случай —писал поз­же Норберг —когда... князь... Голицын говорил мне что он желает иметь рисунок водяной маши­ны которую он хотел исполнить в одном селе своем называемом Архангельским в 17 верстах от Москвы». В 1785 году Норберг приехал в Рос­сию по приглашению Н. А. Голицына. Машина которую он сконструировал и построил в Архан­гельском была одной из технических новинок того времени. В ней был использован изобретенный не­задолго до этого винтовой насос который приво­дился в действие водяным колесом. Теоретическое описание подобной машины было опубликовано знаменитым математиком Д. Бернулли в «Запис­ках» петербургской Академии наук в 1772 году. Так как первые гидравлические машины описан­ные Бернулли строились чаще всего в моделях Норберг с радостью согласился создать большую и сравнительно мощную установку «дабы поспеше­ствовать... науке».

Гидравлическая машина построенная на пло­тине у впадения речки Горятинки в Москву-реку поднимала воду более чем на 20 метров в специ­альный резервуар а оттуда по деревянным тру­бам в парк. Эта машина работала в Архангельском вплоть до 1816 года когда вместо нее в специально построенной «водовзводной» башне была установ­лена одна из первых в Москве паровых машин.

К концу XVIII века относится строительство небольшого дворца получившего модное для пар­ковых павильонов того времени название «Кап­риз». К «Капризу» примыкал другой павильон— «Библиотека» построенный по проекту Петтонди. Обе постройки впоследствии переделанные сохранились до наших дней.

По-видимому в 90-х годах началось строитель­ство Большого дома. Старая голицынская построй­ка начала XVIII века была разобрана и недалеко от нее стали подниматься стены дворца; одновре­менно строились придворцовые флигеля а мастера тесали белокаменные блоки для колоннады. Ко­лоннады соединившие дворец с флигелями тор­жественной чередой окружили парадный двор подчеркивая его торжественность и величавость. Колоннады в Архангельском следует считать од­ними из наиболее ранних в России. В дальнейшем они получили широкое распространение в архи­тектуре классицизма.

Герн Д. Тромбаро Петтонди — это разумеется далеко не все кто имел отношение к строитель­ству дворцово-паркового ансамбля в Архангель­ском. Архив Н. А. Голицына не найден до сих пор а единичные документы и чертежи которые нам известны не сохранили других имен хотя людей судя по грандиозным размерам ансамбля работало в то время в усадьбе немало. Трудно предполо­жить чтобы в течение двух десятилетий строи­тельством руководил лишь один крупный мастер. Вероятнее всего в создании ансамбля в конце XVIII и первом десятилетии XIX века кроме изве­стных нам принимали участие и другие архитек­торы и множество вольных и крепостных строите­лей «говоривших» на едином художественном языке. Отсюда удивительная гармония и замеча­тельная цельность ансамбля.

В начале XIX века отделка дворца продолжа­лась в очень замедленном темпе так как Н. А. Го­лицын строил одновременно дом в Никольском-Урюпине другой своей усадьбе недалеко от Архан­гельского. До конца жизни Н. А. Голицына отдел­ку дворца так и не завершили.

После смерти Н. А. Голицына в 1809 году вдова решила продать усадьбу. Вот отрывок из купчей:

«1810 года августа 29 дня оставшееся после покой­ного князя Н. А. Голицына недвижное имущество в Звенигородском округе с. Архангельское с де­ревнями... мужского пола 350 душ с женами и с новорожденными детьми и принадлежащей к ним селениями землей и со всеми угодьями и со всяким господским и крестьянским строением куплено князем Николаем Борисовичем Юсуповым ценой в 245000 рублей...»

Так Архангельское перешло в руки богатейшего помещика известного коллекционера и любите­ля искусств Н. Б. Юсупова (1751—1831). Образо­ванный вельможа имевший более 20 тысяч кре­постных и два десятка имений в различных губер­ниях России князь Юсупов был характерным представителем века Екатерины. Записанный с младенчества в гвардию он в 16 лет пришел в полк офицером но вскоре отказался от военной карье­ры и выйдя в отставку в 1772 году отправился в многолетнее путешествие за границу. Здесь он по­лучил образование и завел обширные знакомства с художниками писателями философами в том числе с Вольтером Руссо Бомарше начал соби­рать картины гравюры скульптуру и книги.

Для своих огромных коллекций князь приоб­рел Архангельское. Прожив долгую жизнь он достиг высоких чинов и занимал ряд государст­венных должностей в том числе в 90-х годах XVIII века был директором императорских теат­ров и Эрмитажа. Однако хорошее знание европей­ской культуры и страсть к собиранию художест­венных коллекций прекрасно уживались в Юсу­пове с нравами большого русского барина. Лучше всего об отношениях между князем и его крепост­ными свидетельствуют бунт крестьян в Архан­гельском убийство управляющего попытки к бег­ству крепостных художников и другие факты отмеченные в документах только за первое десяти­летие владения Н. Б. Юсуповым этим подмосков­ным имением.

Страницы: 1 2 3