4 Проверки домовладений в ходе адресных профилактических» операций и «зачисток» населенных пунктов

Остальные рефераты » 4 Проверки домовладений в ходе адресных профилактических» операций и «зачисток» населенных пунктов Скачать

ПРАВОЗАЩИТНЫЙЦЕНТР"МЕМОРИАЛ"

HUMANRIGHTS CENTER"MEMORIAL"


Россия Москва 103051 М. Каретный переулок 12

тел.: (095) 225-31-18 факс: (095) 624-20-25

E-mail: memhrc@memo


Ингушетия:  2007 год


Куда дальше?


Январь 2008 г.


Москва


Содержание


1.Введение

2. Ингушетия-2007. Что происходит?

3. Зима-весна 2007

4. Лето-осень 2007

4.1. Активизация боевиков

4.2. Убийства граждан «нетитульных» национальностей и их расследование. Открытое письмо представителей общественности Республики Ингушетия

4.3. Проверки домовладений в ходе адресных профилактических» операций и «зачисток» населенных пунктов

4.4. Спецоперация в домовладении Аушевых незаконное задержание и пытки Магомеда Аушева

4.5. Незаконные задержания с целью получения информации или вербовки. Незаконные места содержания

 4.6. Расстрелы при «попытке задержания»

4.6.1. Внесудебная казнь Апти Далакова

  4.7. Убийство Мурата Богатырёва

  4.8. Спецоперация в Чемульге убийство шестилетнего Рахима Амриева

  4.9. Акции протеста

  4.10. Акция устрашения - похищение правозащитника и журналистов

  4.11. Обращения в «Мемориал» с просьбой обеспечить безопасность

  4.12.Осень –- итоги комплексной профилактической  спецоперации?

5. Декабрь 2007 г.  Выборы

6. Начало 2008 г. Куда дальше?

7. Рекомендации

Список сокращений

8. Скачать доклад в архиве


         1. Введение

Во второй половине 2007 года ситуация в Республике Ингушетия катастрофически ухудшилась. 

С одной стороны налицо невиданная доныне активизация боевиков: в июле августе сентябре октябре из республики почти каждый день приходили сообщения о нападениях на представителей государства подрывах фугасов обстрелах. По данным Прокурора РИ Ю.Н.Турыгина в 2007 году число посягательств на жизнь сотрудников силовых структур увеличилось на 85% по сравнению с прошедшим годом[1].

С другой стороны «силовики» боролись с боевиками грубо нарушая права человека. В республику ввели дополнительные войска а местные силовые структуры были переведены на усиленный режим несения службы. Однако вместо выстраивания в республике гибкой и надежной системы безопасности работающей прежде всего на предотвращение насилия «силовики» продолжают прежнюю порочную практику: расстреливают похищают и пытают людей обеспечивая тем самым бесперебойный приток новых сил в вооруженное подполье.

Мы не ставим под сомнение необходимость борьбы с терроризмом однако эту борьбу следует вести в соответствии с законодательством Российской Федерации и принятыми ею международными обязательствами по соблюдению прав человека.


В представляемом читателю докладе мы попытались систематизировать сведения о нарушениях прав человека в Ингушетии в 2007 году и показать механизмы эскалации насилия. Мы также проанализировали возможные перспективы развития ситуации в том в случае если власти не вернутся в правовое поле как в борьбе с вооруженным подпольем так и во взаимоотношениях с гражданской оппозицией.

По сути дела мы лишь раскрываем и на конкретных примерах обосновываем положения справки «Ситуация в Республике Ингушетия. Путь к дестабилизации» подготовленной ПЦ «Мемориал» в сентябре 2007 г.[2]. Ещё в 2005 году в докладе «Конвейер насилия. Нарушения прав человека в ходе контртеррористических операций в Ингушетии» ПЦ «Мемориал» предупреждал: существующая система не способна эффективно бороться с терроризмом а наоборот будет порождать новые более страшные формы насилия[3]. Происходящее теперь в Ингушетии доказывает правильность того предупреждения.


По нашему мнению ситуация в Ингушетии требует самого пристального внимания всех уровней власти в РФ и международных структур.

Этот доклад в очередной раз иллюстрирует тезис сформулированный в работах А.Д.Сахарова – права человека мир и безопасность находятся в неразрывной связи. Грубые и массовые  нарушения прав человека ведут к дестабилизации  ситуации к катастрофе.

 В заключении доклада мы вновь предлагаем наше понимание шагов необходимых для того чтобы для снять напряженность и предотвратить еще более глубокие социальные потрясения в Республике Ингушетия.


          2. Ингушетия 2007 год. Что происходит?

Обострение ситуации в Ингушетии в 2007 году – вовсе не первое ранее здесь уже происходили всплески насилия. Нападения боевиков на милиционеров и военных убийства чиновников «спецоперации» в ходе которых «силовики» осуществляют бессудные казни и похищают людей – все это стало повседневностью в Ингушетии за последние пять лет.

Заметно возросла активность вооруженного подполья летом и осенью 2006 года после гибели здесь Шамиля Басаева. Однако по уровню насилия ситуацию второй половины 2007 года можно сравнить разве что с событиями 21-22 июня 2004 года когда многочисленный отряд боевиков на несколько часов взял под контроль ряд населенных пунктов республики включая города Назрань и Карабулак. Нападавшие выставили посты на перекрестках проверяли документы и расстреливали на месте сотрудников силовых структур. Эта самая крупная операция боевиков в Ингушетии унесла жизни 78 человек 113 человек были ранены[4].

Разумеется 2007 год вовсе не повторял 2004-й а в чём-то коренным образом отличался.

Теперь боевики не организуют и не проводят крупномасштабные операции избегают открытых столкновений ограничиваясь обстрелами из засад и покушениями на «силовиков» и должностных лиц.

Тогда три с половиной года назад участие ингушей в нападениях на ингушских же милиционеров вызывало удивление и недоумение у жителей республики – теперь это к сожалению уже никого не удивляет.

За прошедшие годы вооруженному подполью в Ингушетии удалось создать эффективную сеть полуавтономных групп. Летом 2007 года они начали невиданную ранее охоту на сотрудников силовых структур правоохранительных органов федеральных военнослужащих и чиновников.

Тактика стиль федеральных силовых структур в борьбе с незаконными вооруженными формированиями не изменились: права человека да и право как таковое по-прежнему либо не принимаются в расчет либо целенаправленно попираются. Исчезают и гибнут арестованные и задержанные люди. Спецоперации в населенных пунктах часто сопровождаются избиениями грабежами и оскорблениями местных жителей. «Силовики» совершают бессудные казни жестоко пытают подозреваемых препятствуют работе адвокатов фальсифицируют уголовные дела. Все это неизбежно дестабилизируют обстановку и способствуют укреплению позиций вооруженного подполья. О жестокости следствия о судебном произволе моментально узнаёт вся республика. За прошедшие годы у многих людей появились серьезные поводы для недовольства и даже ненависти по отношению к представителям государственной власти. Боевики получают мобилизационную базу в лице самих пострадавших и людей мстящих за родственников. Мотивом для того чтобы взяться за оружие может стать и простой протест против несправедливости власти и произвола «силовиков».

В ответ государство лишь ужесточает методы борьбы с боевиками – жестокая тактика контртеррора используемая в Ингушетии напоминает о Чечне 2000-2003 годов.

Летом 2007 года в Ингушетии начались жестокие показательные убийства представителей «нетитульных» национальностей: русских цыган корейцев. С июля по начало ноября были убиты двадцать четыре русскоязычных жителя республики. Неизвестные злоумышленники действовали уверенно и дерзко порою расстреливая своих жертв среди бела дня. Все убитые – люди мирных профессий в том числе школьные учителя. Среди жертв много женщин есть пожилые люди. Убийства наиболее уважаемых жителей невайнахской национальности вызывают негодование население в подавляющем большинстве резко осуждает эти преступления. Соседи знакомые коллеги русскоязычных жителей Ингушетии стремятся по мере возможности помогать им а власти пытаются их охранять. Однако до сих пор эти убийства не раскрыты. Невайнахское население справедливо опасаясь за собственную безопасность покидает Ингушетию.


У нынешнего обострения вооруженного конфликта в Ингушетии есть целый ряд причин.

С одной стороны вооруженное подполье целенаправленно пытается дестабилизировать ситуацию в республике.

С другой стороны силовые структуры постоянно и грубо попирая права жителей Ингушетии заметно способствуют боевикам расширяя их мобилизационную базу.

Большинство населения по-прежнему не поддерживает боевиков не разделяет сепаратистскую идеологию и не стремится к исламизации системы государственного управления.

Но очевидно растущее недоверие жителей к государственным институтам. Политический кризис в республике налицо. Нынешнее руководство Ингушетии неспособно повлиять на ситуацию не может решить ни одну из наболевших проблем: ни защитить население от нападений боевиков и произвола силовиков ни обеспечить экономическое развитие ни создать рабочие места ни отстаивать то что воспринимается большинством населения как национальные интересы[5].

На фоне этих проблем затрагивающих большинство населения в республике растут роскошные особняки принадлежащие чиновникам. Социальное недовольство в обществе достигло критического уровня однако демократических механизмов воздействия на эту власть не осталось – федерализм в России фактически отменен.

Кризис власти лишь частично обусловлен ее коррумпированностью и неэффективностью. В последние годы на Северном Кавказе (за исключением Чечни) выстроена система управления при которой многократно возросла роль федеральных силовых структур. Исполнительная и законодательная власти северокавказских республик (кроме президента Чеченской Республики) не имеют почти никаких рычагов воздействия на «силовиков» а поэтому не могут серьезно повлиять на ситуацию с безопасностью во вверенных им регионах обуздать произвол и насилие.

В 2004 году на волне возмущения действиями боевиков развязавших бои по Ингушетии республиканские власти могли получить реальную поддержку населения. Сегодня жестко выстроенная вертикаль власти и недоверие населения республики к властям не оставляет подобной надежды. Опасаясь протестных акций власти запрещают любые пикеты митинги и демонстрации. Отсутствие у населения легальной возможности выразить недовольство политикой властей лишь усугубляет нестабильность в республике.


19-20 сентября 2007 года известие об очередном похищении «силовиками» двух жителей Ингушетии привело к массовым беспорядкам в Назрани. Несколько сотен человек перегородили бетонными блоками оживленный перекресток Назрани потребовали найти и вернуть похищенных расследовать другие похищения и убийства жителей Ингушетии наказать преступников. Бойцы республиканского ОМОН выполняя приказ начальства пытались разогнать митинг и разблокировать перекресток. Столкновения сопровождались избиениями людей стрельбой из автоматического оружия и пулеметов подошедшей бронетехники поверх голов. Милиционеров забрасывали камнями. ОМОН был вынужден отступить. Лишь узнав что оба похищенных освобождены люди разблокировали перекресток и разошлись по домам.

Власти показали жителям Ингушетии что закон и право ничего не значат а добиться чего-либо можно только силой.

9 ноября 2007 года в ходе очередной спецоперации в селе Чемульга был убит шестилетний мальчик. Это убийство вызвало в республике возмущение. Теперь уже митинг протеста был намечен заранее. Чтобы не допустить проведения 24 ноября в Назрани митинга протеста против произвола «силовиков» республиканские власти предприняли невиданные ранее усилия. Однако ни введенное на улицах города «усиление» ни грозные заявления представителей власти ни запугивание предполагаемых организаторов митинга не возымели действия. Несколько сотен человек преимущественно молодежь вышли на площадь в центре Назрани. Митинг был разогнан.

В этих условиях было объявлено о триумфальных результатах выборов 2 декабря в Государственную Думу России[6]. Вряд ли это будет способствовать росту авторитета власти в глазах населения республики.


В июле 2007 года в Ингушетию были дополнительно введены два полка внутренних войск. Присутствие военных жители республики воспринимают как свидетельство напряженности и как фактор способствующий её дальнейшему росту. Больше военнослужащих передвигающихся по дорогам находящихся на улицах населенных пунктов - значит больше целей для атак вооруженных групп. Хотя осенью это «усиление» было  сокращено ни в одной из республик Северного Кавказа присутствие военных не бросается в глаза так как в Ингушетии.


«Мемориал» не ставит под сомнение необходимость борьбы с незаконной вооруженной деятельностью и терроризмом однако эта борьба должна вестись в соответствии с законодательством Российской Федерации и международными обязательствами РФ по соблюдению прав человека. В противном случае она контрпродуктивна и ведет к дестабилизации регионов чему Ингушетия печальный пример.


         3. Зима-весна 2007

В первой половине 2007 года сообщения из Ингушетии составляли едва ли не бОльшую часть хроники насилия на Северном Кавказе. В январе-феврале неизвестные совершили три нападения на религиозных деятелей включая и муфтия два человека были ранены. В январе-мае было совершено 12 нападений на военных и милиционеров погибли трое милиционеров и один военнослужащий двое военных получили ранения. Дважды боевики оказывали вооруженное сопротивление сотрудникам МВД проводившим спецоперации был ранен заместитель начальника УБОП МВД РИ.

Дважды – в январе и апреле – военные наносили массированные артиллерийские и бомбовые удары по лесным массивам на территории Ингушетии.

23 марта неизвестные похитили Урусхана Зязикова 1928 г.р. который приходится дядей президенту Республики Ингушетия Мурату Зязикову и отцом руководителю охраны президента РИ Русланбеку Зязикову.

По сообщению Прокуратуры республики «примерно в 12 часов 10 минут 23 марта 2007 года на улице Железнодорожной Барсукинского округа города Назрани четверо неустановленных лиц в масках и камуфлированной одежде вооруженные автоматическим оружием подъехали со стороны трассы «ФАД-Кавказ» на автомобиле «ВАЗ-21112» серебристого цвета к следовавшим пешком в мечеть Зязикову Урусхану 1928 года рождения Зязикову Муссе 1940 года рождения и Зязикову Иссе 1942 года рождения. Трое преступников (водитель остался в машине) выскочив из автомобиля и преодолевая сопротивление Зязиковых набросились на Урусхана и с применением физической силы усадили его в салон автомобиля а в Муссу пытавшегося воспрепятствовать совершению данного преступления один из похитителей произвел выстрел из автомата в ногу в результате чего ему причинен средней тяжести вред здоровью».

Согласно информации газеты «Коммерсант»[7] Русланбек Зязиков – «человек весьма влиятельный в Ингушетии. Говорят что с ним согласуются назначения на многие ключевые посты в Ингушетии. Ставленником начальника президентской охраны считается мэр Назрани Магомед Цечоев бывший директор рынка. Даже нынешний премьер республики Ибрагим Мальсагов говорят получил свой пост не без участия авторитетного телохранителя».

Это не первый случай похищения близкого родственника президента Ингушетии. Годом ранее 27 февраля 2006 года в Назрани был похищен депутат Народного Собрания республики 70-летний Магомед Чахкиев тесть Мурата Зязикова. Ответственность за это похищение на себя взял некий амир Хабибулла называющий себя главой ингушского джамаата «Шариат». 1 мая 2006 года при невыясненных обстоятельствах Чахкиева освободили. По неподтвержденной информации за его освобождение был заплачен большой денежный выкуп[8].

Урусхан Зязиков был неожиданно освобожден 11 октября 2007 года накануне начала празднования главного праздника мусульман Ураза-Байрам – окончания Священного месяца Рамадан. На этот раз по-видимому выкуп не платили[9].


Несмотря на некоторую активизацию боевиков в Ингушетии все же сообщений об их нападениях подрывах и боестолкновениях было относительно (по сравнению с соседней Чечней) немного. Основной проблемой была заметно усилившаяся противоправная деятельность силовых структур. Часто «силовики» въезжали на территорию РИ из соседних республик Чечни или Северной Осетии и действовали не ставя в известность ни местную милицию ни республиканскую прокуратуру.

Нередко вооруженные люди в масках врывались в дома не представляясь и не предъявляя документов. Пытавшихся возмущаться били в ходе обысков часто пропадали ценные вещи и деньги. Многие задержанные исчезали для родных на несколько дней а затем «обнаруживались» в следственном изоляторе Владикавказа столице Северной Осетии-Алании. В Ингушетию доходили сведения об особо жестоком обращении которому там подвергались ингуши. Учитывая что до сих пор не преодолены последствия осетино-ингушского конфликта 1992 года это неизбежно вело к обострению ситуации. Официальные лица объясняют вывоз арестованных в соседнюю республику тем что в Ингушетии до сих пор не построен следственный изолятор. Но очевидно что следственный изолятор в Назрани не строится преднамеренно для того чтобы подозреваемых жителей Ингушетии вывозить из республики. Так следствию гораздо легче оказывать на арестованного давление и препятствовать работе адвокатов.

В качестве примера приведём рядовой для сегодняшней Ингушетии случай к счастью окончившийся для задержанных благополучно. Вечером 7 февраля 2007 г. в г. Назрань сотрудниками неустановленных силовых структур был проведен ряд задержаний. По данным ПЦ «Мемориал» всего в этот вечер «силовики» забрали не менее пяти человек жителей Ингушетии.

Около 17.00 к дому № 107 по ул. Газдиева на трех БТРах автомашине «Урал» и 15 легковых машинах подъехали вооруженные люди. По словам очевидцев «силовики» которых было более 150 человек разговаривали в основном по-русски но была слышна также ингушская и осетинская речь. В доме №107 где проживает семья Султыговых находится автомастерская поэтому во дворе дома помимо хозяев находились посторонние люди – несколько клиентов приехавших ремонтировать машины.

Страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 ... 15